Библиотека Михаила Грачева

предыдущая

 

следующая
 
оглавление
 

Грачев М.Н., Ирхин Ю.В.

Актуальные проблемы политической науки

М.: Экономическая демократия, 1996. – 188 с.

 

Красным шрифтом в квадратных скобках обозначается конец текста на соответствующей странице печатного оригинала указанного издания

 

ГЛАВА 6
ПОЛИТИЧЕСКОЕ ЛИДЕРСТВО

 

6.1. Сущность и основные концепции политического лидерства

 

Проблема лидерства как одного из механизмов интеграции групповой деятельности, когда индивид или часть социальной группы объединяет и направляет действия всей группы, ожидающей, принимающей и поддерживающей такое руководство, привлекает внимание широкого круга исследователей – историков, политологов, психологов, социологов и экономистов. “Лидерство, – отмечал известный французский политолог Ж.Блондель, – так же старо, как человечество. Оно универсально и неизбежно. Оно существует везде – в больших и малых организациях, в бизнесе и в религии, в профсоюзах и благотворительных организациях, в компаниях и университетах. Оно существует в неформальных организациях, в уличных шайках и массовых демонстрациях. Лидерство, по всем своим намерениям и целям, есть признак номер один любых организаций. Для того, чтобы существовало лидерство, необходимо наличие группы, и везде, где возникают группы, появляется лидерство”1.

В широком, социальном смысле лидерство – это способность влиять на отдельные личности и группы людей, напавляя их усилия на достижение целей организации или индивида. Лидер (англ. leader – ведущий) – это авторитетный член организации или социальной группы, личностное влияние которого позволяет ему играть существенную роль в социально-политических процессах и ситуациях, в регулировании взаимоотношений в коллективе, группе, обществе. По словам японского социолога М.Огавы, “лидерство – это отношения, которые устанавливаются между лидерами и ведомыми. При этом взаимные связи очень разнообразны. Поскольку лидерство – это также и те меры, которые принимает лидер по отношению к своим ведомым, лидер должен определять эти меры как наиболее подходящие для своих отношений со своими ведомыми”2.

Среди различных аспектов лидерства политическое лидерство занимает особое положение. Его отличительная черта – неразрывная связь с феноменом власти. Руководители наиболее значимых государств, как справедливо подчеркивает Ж.Блондель, обладают таким влиянием, что о них знают во всех уголках Земли. Более того, политическое лидерство на международном уровне, кроме определенных, количественно ограниченных сфер, зависит от лидерства наиболее значимых государств. Наконец, во многих странах политическое лидерство есть существенный, хотя отнюдь не всесильный элемент в панораме общественной жизни. [c.82] Если свести политику к ее костяку, к тому, что наиболее видимо для граждан, то таким костяком окажутся общенациональные политические лидеры, как отечественные, так и иностранные. Они – самый признаваемый, самый универсальный, вызывающий всеобщий интерес элемент политической жизни3.

Целесообразно отделять собственно политическое лидерство от функций должностных лиц в государственном или партийном аппарате. Известный американский политолог Р.Такер обращает внимание на то, что лидеры – это либо “реальные лидеры”, либо должностные лица или менеджеры. Он полагает, что только истинные лидеры выполняют функции по “постановке политического диагноза и прогнозированию”, “определению тактики политических действий” и “мобилизации” тех, кто будет вовлечен в конкретную политическую деятельность. “Лидерство, – писал Р.Такер, – есть указание направления, которое в конечном счете нацелено на политическое действие”4. Лидерство – это всегда нечто большее, чем анализ и принятие политических решений. Оно также состоит в воздействии на умы и энергию тех людей, которым предстоит сыграть свою роль в политической деятельности.

Существует целый ряд теорий, пытающихся объяснить феномен лидерства. Например, марксистская концепция исследует это явление, исходя из классового принципа. Политический лидер выступает здесь как наиболее последовательный, сознательный и умелый выразитель интересов и воли класса, играющий по отношению к классу в известном смысле вспомогательную, служебную роль5. Хорошо известно, как В.И.Ленин, критикуя левацкие идеи противопоставления “диктатуры вождей” и “диктатуры масс”, отмечал: “Люди тщатся придумать нечто совсем особенное и в своем усердии мудрствования становятся смешными. Всем известно, что массы делятся на классы; – что противополагать массы и классы можно, лишь противополагая громадное большинство вообще, не расчлененное по положению в общественном строе производства, категориям, занимающим особое положение в общественном строе производства; – что классами руководят обычно и в большинстве случаев, по крайней мере в современных цивилизованных странах, политические партии; – что политические партии в виде общего правила управляются более или менее устойчивыми группами наиболее авторитетных, влиятельных, опытных, выбираемых на самые ответственные должности лиц, называемых вождями. Все это азбука”6. Однако классический марксизм-ленинизм недооценил относительную автономию и активность лидеров, способность политических руководителей “навязывать массам, используя их иллюзии и доверчивость, тупиковые варианты общественных изменений, противоречащие интересам классов и всего народа”7. В данном отношении современным марксистам еще предстоит критически осмыслить опыт [c.83] “перестройки” в СССР и внести в свои представления о роли личности в истории определенные коррективы.

С другой стороны, концепция “личностно-психологических качеств” трактует лидерство прежде всего как индивидуально-психологическое явление, которое можно объяснить, исходя только из него самого. Так, З.Фрейд полагал, что подавление либидо (сексуального влечения) может трансформироваться в стремление к лидерству, господству и даже садизму. Возникающая при этом неврастения может также служить предпосылкой того, что индивид начинает искать способы самоутверждения и стремиться к лидерству в различных сферах, кроме, разумеется, сексуальной, причем это характеризуется крайне нервным поведением, психологическими срывами, стремлением унизить других во имя превратно понимаемого собственного “возвеличивания”8. Среди последователей Фрейда распространена точка зрения, что некоторые люди в своей ориентации на лидерство и упорной борьбе за самоутверждение и власть компенсируют возникший в детстве или юности комплекс неполноценности. При этом лидерство может выступать и как определенный вид нетипичности поведения, являющийся следствием невроза, маниакальной паранойи и иных отклонений психики.

Психологическое обоснование лидерству стремился дать и Ф.Ницше, представлявший различные процессы общественной жизни в виде модификаций действия воли к власти и могуществу. Однако он полагал, что роли лидера в наибольшей степени соответствует волевая и сильная личность, “сверхчеловек”, который пренебрегает духовными и моральными ценностями и возвышается над “обычным” человеком так же, как тот превосходит обезьяну. “Цель человечества,– утверждал Ницше, – лежит в его высших представителях... Человечество должно неустанно работать, чтобы рождать великих людей – в этом, и ни в чем ином состоит его задача”9.

Широкую известность получила концепция “черт лидерства”, основанная на бихевиористском подходе. Ее суть сводится к попыткам выявить набор желательных или обязательных психологических черт личности лидера. В начале 30-х гг. американский социолог Э.Богардус перечислил десятки качеств, которыми должен обладать лидер, – ум, энергия, способность предвидеть, привлекать к себе внимание, такт, чувство юмора, твердый характер и др., особо выделяя “превосходящие интеллектуальные дарования”, доставляющие личности “выдающееся положение, рано или поздно приводящее к лидерству”10. Однако практика показывает, что многие лидеры, во-первых, обладают далеко не всеми характеристиками подобного “списочного состава”, а во-вторых, у них нередко наличествуют взаимоисключающие черты. В частности, “превосходящее интеллектуальное дарование” в ряде случаев не является отличительной характеристикой лидеров. Хорошо известны примеры влиятельных политических деятелей, не имевших ни высшего [c.84] образования, ни каких-либо интеллектуальных преимуществ.

Американскому социологу Р.Стогдиллу принадлежит комплексный обзор исследований в области лидерства, из которого следует, что изучение личностных качеств дает противоречивые результаты. В “Учебнике по лидерству” на основе 160 статей Стогдилла, опубликованных с 1904 по конец 1960 гг., классифицировано более 40 элементов, связанных с психологическими чертами лидеров, и сгруппированных по 5 основным рубрикам: физические данные, социальное происхождение, интеллект, “личность” (включая такие аспекты, как приспособляемость, энтузиазм, уверенность в себе, способность к постановке целей) и социальные характеристики (включая административные способности, такт, популярность). Однако данное исследование также не дает ответа на вопрос, какие из вышеперечисленных компонентов сильнее связаны с лидерством, не говоря уже о том, на какое место каждый из них должен быть поставлен относительно других. Сам Стогдилл признавал, что в разных ситуациях эффективные руководители обнаруживали разные личные качества. Характерен его вывод, что “человек не становится руководителем только благодаря тому, что он обладает некоторым набором личных качеств”. Справедливо также замечание Стогдилла о том, что структура личных качеств руководителя должна соотноситься с личными качествами, деятельностью и задачами его подчиненных11.

Очевидно, что чисто эмпирическое обобщение личностных черт лидеров не дает ожидаемого эффекта: чем детальнее и подробнее становятся перечни черт, чем больше эмпирический материал, на который они опираются, тем точнее они совпадают с соответствующим набором психологических и социальных черт личности вообще.

Следующим подходом к проблеме лидерства является концепция “функций ситуации”. Сторонники “ситуационизма” также уделяют определенное внимание анализу психологических особенностей личности, однако исходят прежде всего из того, что те или иные черты лидера варьируются в зависимости от ситуаций. Они полагают, что лидерство – это прежде всего продукт сложившейся в группе ситуации, и убеждены, что в ситуациях, весьма благоприятных или, напротив, крайне неблагоприятных для группы, лидер, ориентированный на решение ключевых задач, добивается больших результатов, чем лидер, ориентированный на людей.

В целом приверженцы этой концепции (А.Голднер, Дж.Ингер, Э.Фидлер и др.) акцентируют внимание на анализе определенных ситуаций, при которых те или иные индивиды становятся лидерами. Будучи сам по себе интересным, ситуационный подход упрощает проблему лидерства, упускает из виду то обстоятельство, что лидер сам может овладеть социально-политической ситуацией, направить развитие событий в нужное русло. Ситуационный метод более пригоден для анализа отношений в микрогруппах, где можно лучше учесть всю совокупность факторов, влияющих на взаимоотношения людей. Сложнее его применять для изучения феномена лидерства в значительных социальных общностях, [c.85] где достаточно много субъектов действия и изменяющихся ситуаций. Этот подход требует дополнения иными методиками исследования.

В фундаментальном труде американских ученых М.Х.Мескона, М.Альберта и Ф.Хедоури “Основы менеджмента” подчеркивается, что ни подход с позиции личных качеств, ни поведенческий анализ не смогли выявить логического соотношения между личными качествами и поведением руководителя, с одной стороны, и эффективностью, с другой. Это не означает, что личные качества и поведение не имеют значения для руководства. Наоборот, они являются существенными компонентами успеха. Однако более поздние исследования показали, что в эффективности руководства решающую роль могут сыграть дополнительные, ситуационные факторы, которые включают потребности и личные качества подчиненных, характер задания, требования и воздействия среды, а также имеющуюся у руководителя информацию12. [c.86]

 

6.2. Основные характеристики политического лидерства

 

Наше время требует отказа от устаревших, не оправдавших себя подходов к проблемам социального управления. Все большую актуальность приобретает вопрос о личности и компетентности руководителя коллектива, группы, управленческой структуры, политической организации. Необходим новый, современный тип лидера. Это должен быть человек, способный объединять и увлекать остальных членов группы, пробуждать в них инициативу, противостоять бюрократии, гибко реагировать на изменение внешних условий.

К ведущим признакам и существенным характеристикам политического лидерства можно отнести следующие:

1) наличие собственной политической программы или новаторской стратегии и тактики, которые разработаны лидером или выдвигаются от его имени;
2) умение выражать и отстаивать взгляды и интересы той или иной группы;
3) определенные черты характера, проявляющиеся в деятельности по реализации программы и объединению своих сторонников (настойчивость, воля, гибкость и т.д.);
4) необходимый уровень политической культуры;
5) имидж руководителя, отвечающий нормам морали, принятым в данном обществе, группе;
6) популярность, умение завоевывать сторонников и влиять на людей, коммуникабельность, ораторские способности или иные качества, как-то заменяющие их;
7) наличие “команды” помощников и исполнителей, способных организовать действия своих сторонников;
8) умение добиться определенного уровня поддержки со стороны широких народных масс, от официальных структур власти или от общественных организаций (оптимальный вариант – наличие поддержки на всех уровнях власти, в различных социальных группах и партиях); [c.86]
9) умение быть подобным своим сторонникам или избирателям, вести себя так, чтобы каждый член группы мог найти в лидере частичку самого себя, но в то же время быть “недоступным”, “особенным” в глазах общественного мнения;
10) выступление от имени общества или той группы, интересы которой представляет лидер, демонстративное подчеркивание приоритета общественного над личным.

Важное направление деятельности политического лидера – поддержание жизнеспособности политического союза, создание в нем консенсуса, улучшение условий для лиц, выдвигавших лидера, институциализация политических процессов и структур в своих интересах, избежание ненужных конфликтов, постоянное внимание к уровню поддержки и соответствующая реакция на его изменения, своевременное внесение необходимых корректив в программу и методы действий в зависимости от обстоятельств, широкое использование печати, радио, телевидения для формирования благоприятной информационной ауры и поддержание сложившегося имиджа.

Среди основных факторов, от которых существенно зависит политическое руководство и характер лидерства, многие зарубежные и отечественные исследователи прежде всего выделяют: основные политические убеждения лидера; его политический стиль; мотивы, которыми он руководствуется, стремясь добиться положения политического руководителя; его реакция на психологическое давление и стрессы; биографические данные лидера, включающие прежде всего сведения о политическом опыте; талант сочувствия (эмпатия). Следует, однако, обратить внимание, что указанные факторы преломляются прежде всего через отношения лидера с его “командой”, ближайшим окружением и помощниками, которые могут как усиливать позиции руководителя, так и ослаблять их. Об этом писал еще Н.Макиавелли, отмечая, что “об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает”13.

Для того, чтобы понять, что представляет собой конкретный лидер, необходимо четко выяснить его убеждения, показывающие, как он интерпретирует политическую среду и в каком направлении формулирует собственную программу действий. Следует также знать, насколько твердо данный политик придерживается своих взглядов, насколько важны они для него самого, становятся ли они доминирующей силой в его жизни, играя роль своеобразных линз, через которые он рассматривает все внешние события, или же лидер более восприимчив к окружению, оказывающему на него существенное влияние. Политик с сильными убеждениями обычно стремится убедить других в своей правоте, руководители с неустойчивыми взглядами обычно более прагматичны, зависимы от ситуации. Плохо, однако, когда лидер меняет свои взгляды и не говорит об этом достаточно откровенно и убедительно своим сторонникам – это может привести к конфликту.

Политический стиль задает тон и модель лидерства, характер взаимодействия лидера с теми, кем он руководит, а также его действий в интересах своих сторонников. Например, предпочитает ли политик [c.87] личную дипломатию, беседы и встречи “лицом к лицу” или склонен “идти своим путем”; делает ли акцент на политической риторике и пропаганде; имеет ли чутье на драматические ситуации; интересуется ли детальным изучением проблемы или стремится получить более общую информацию; использует преимущественно авторитарные или, напротив, демократические методы руководства. Ответы на эти и подобные вопросы позволяют получить достаточно образное представление о лидерах. Например, политологи В.Коттер и П.Лоуренс в зависимости от факторов стиля выделили пять типов мэров городов США: “попечитель”, “любитель церемонии”, “реализатор программ”, “исполнитель”, “индивидуалист”14.

Политический стиль лидера может оказывать ограничивающее влияние на тех, кто работает с ним, по меньшей мере в двух направлениях. Во-первых, те, кто окружает лидера, склонны угождать его стилю, чтобы сохранить открытый доступ к нему. Во-вторых, существует “эффект двойника”, то есть политические лидеры склонны окружать себя людьми, которые являются их повторением – с аналогичным стилем руководства или поведения. Лидер выбирает советников и персонал, с которыми он чувствует себя удобно и с которыми он может конкурировать. Через этих “двойников” стиль лидера может передаться на всю руководимую им политическую организацию.

Важен вопрос о мотивациях лидерства, среди которых можно назвать потребность во власти, верность своему делу, чувство ответственности, жажда одобрения и уважения со стороны других, достижения определенного социального статуса, необходимость решения личных проблем и т.д. Особо следует выделить стремление лидера занять высокий пост с целью самовыражения. В этом случае его политическая деятельность в значительной степени явится продолжением личных достоинств и недостатков.

Лицам стремящимся занять лидирующее положение, следует уметь справляться со стрессами. Дело в том, что ситуации, с которыми сталкивается политический деятель, подразумевают высокую цену решений и поступков – они могут оказаться конфликтными. В этих условиях важно научиться справляться с волнением, владеть собой и знать, что лучший способ разрядки – это выработка правильного решения, сколь бы ни была сложна ситуация. Кроме того, руководитель должен иметь в виду, что подчиненные на оскорбительное поведение или невыдержанность начальства не могут позволить себе ответить тем же, но и не забывают этого. Поэтому в подобных случаях лидер обязан найти способ извинения, соответствующий его статусу.

Немаловажное значение для характеристики политического лидера имеет его биографические данные, сведения о политическом опыте, об атмосфере, в которой он вступил в общественную жизнь, помогающие предугадать, как данный руководитель будет вести себя в той или иной ситуации. Не случайно разведывательные службы многих стран имеют досье на ведущих политиков интересующих их государств. Для характеристики лидера важна информация о том, каким образом он [c.88] обрел свое положение: достиг ли его благодаря системе, продвинулся ли из-за поддержки покровителя или занял данную должность благодаря своему опыту и особым качествам. Эти сведения могут подсказать, насколько хорошо лидер знает людей, с которыми он должен работать, в какой степени он будет разделять их нормы и цели, насколько он зависим от определенных лиц и групп, какова широта его полномочий. Изучая работу первых секретарей обкомов партии и председателей облисполкомов в СССР в 70-е гг., американский психолог П.Стюарт пришел к выводу, что различные типы их поведения в ряде случаев были связаны с тем, каким образом они оказались на этом посту15.

Американский социолог Дж.Барбер показал, что знание о первой политической должности лидера может явиться своеобразным ключом к объяснению его дальнейшего образа действий. В будущих ситуациях политик склонен возвращаться к риторике и практике, которые помогли ему добиться успеха в начале деятельности. Тот опыт часто приобретает повышенное значение для руководителя, надолго остается в его памяти16.

Политики вынуждены работать в рамках системы убеждений и норм, которых придерживаются те, кем они руководят. В этой связи политолог из США Дж.Нэйсбитт отмечал, что “американцы обычно не наделяют кого-либо правом руководить собой где бы то ни было на достаточно длительный период времени. Чтобы эффективно функционировать в американской политической культуре, лидеры и те, кто готовится стать ими, должны тонко чувствовать убежденность людей в важности если не прямого участия, то своего вклада в процесс принятия решений”17. Социолог М.Маккоби также обращал внимание на то, что “американцы все больше требуют участия в осуществлении политики, особенно, когда эта политика влияет на их жизнь”18.

Многие исследователи полагают, что опыт поколения и конкретной социальной группы оказывает свое влияние на тех, кто становится лидером. Даже если политики и не впитали идеи и ценности, под воздействием которых формировалось их поколение, им все равно придется иметь с ними дело, определять свое отношение к ним, учитывая, что их разделяют те, кем они руководят. Следовательно, для изучения политического лидерства необходимо знать, что собой представляют различные группы людей, подчиненные лидеру, какие их требования, ожидания и представления будут определять поведение лидера.

Важная черта политика – умение успешно строить отношения с равными ему по рангу и влиянию руководителями. Большинство избирателей, граждан страны обычно с интересом наблюдают за тем, как встречают лидера их государства за рубежом во время принципиальных визитов. Уровень “официального авторитета” политического деятеля имеет [c.89] существенное значение для его имиджа в глазах заинтересованных лиц.


Не менее существенна также и способность лидера к эмпатии, восприятию точки зрения других, что облегчает ему понимание ожиданий и пристрастий в окружении политических союзников и соперников. При этом яснее становятся и границы собственных действий. В наше время бурного роста национального самосознания важно понять, насколько определяющими для лидеров являются чувство национального достоинства, приверженность предвыборной программе, политике “сохранения лица”. Восприятие противоположной точки зрения позволяет это уяснить. Эмпатия тем труднее, чем серьезнее различия в позициях сторон, однако тем более яркими могут быть результаты достижения общего понимания ситуации, если подобное оказывается возможным.

В целом вероятность того, что политические лидеры двух государств будут в состоянии поддерживать связь и понимать общественность другой страны, увеличивается, если руководимые ими группы людей сравнительно однородны, а подход к разрешению тех или иных проблем близок как самим руководителям, так и их последователям. В таких случаях каждый лидер может строить свою стратегию со значительной уверенностью и ожидать понимания с противоположной стороны. Возникает возможность установить контакт с окружением другого лидера и дать убедиться, что оно может рассчитывать на понимание и “чужого” руководителя.

Очевидно, что в международном контексте более достойны поощрения и развития такие связи, которые могут воздействовать на широкий круг проблем, нежели те, что сориентированы на небольшой круг вопросов. Выгодно развивать двусторонние связи, воздействующие и на развитие отношений с другими странами. Здесь руководитель сталкивается с проблемой координации, пытаясь обеспечить оптимальный уровень всех связей. По-видимому, на подобных принципах следует, в частности, строить российско-американские отношения, которые способны воздействовать на события, происходящие в большинстве регионов мира. При этом если руководители государств намерены создать подлинно демократичную систему международных связей, они должны рассматривать себя в качестве своеобразных участников сложной политико-социологической игры на нескольких уровнях: им следует не только выявлять нужды и пожелания собственных избирателей, но и приспосабливаться к ожиданиям других лидеров и их приверженцев, а также учитывать воздействие имеющихся связей на отношения с другими странами, поскольку игра на каждом уровне воздействует на общий результат. [c.90]

 

6.3. Типология политического лидерства

 

Сложная социально-политическая и психологическая природа лидерства обусловливает возможность классификации этого феномена по различным основаниям. Так, по-прежнему сохраняет свою актуальность типология, предложенная М.Вебером, в основе которой лежит классификация авторитета лиц, осуществляющих власть. Понимая под лидерством способность “отдавать приказы” и “вызывать [c.90] повиновение”, Вебер дифференцировал его на следующие типы:

1. Традиционное лидерство, основанное на вере и следованию обычаям и традициям (власть и функции племенных вождей, шаманов, колдунов; монархическая власть и т.д.).
2. Харизматическое лидерство, основанное на убеждении в выдающихся, близких к сверхъестественным способностях вождя, руководителя, пророка. Для него характерна, в частности, такая модель: “Сказано... (в Библии, Коране и т. д.), а я говорю вам...”.
3. Бюрократическое лидерство, основанное на вере в законность, легитимность существующей политической системы, государственного устройства. В них лидер-чиновник, лидер-бюрократ, лидер-функционер выступают не как индивиды, от которых лично исходит власть и влияние, а как агенты определенной государственной функции, проводники идей существующего правопорядка19.

Думается, что приведенную типологию можно дополнить также неформальным лидерством, понимая под ним авторитетность и влияние тех лиц, которые не занимают высоких государственных или партийных постов, но при этом оказывают значительное влияние на политические события. Это могут быть люди самых различных профессий, широко известные и популярные в тех или иных социальных группах. Неформальное лидерство может иметь отдельные признаки харизматического.

Следует заметить, что Вебер выделял “чистые типы” лидерства, различные черты которых могут “совмещаться” в реальной личности конкретного политика. И хотя в большинстве случаев удается определить доминирующий тип лидерства, на практике нередко встречаются и “пограничные варианты”, например, харизматик – глава государства или “неформал”, занявший официальный пост.

В современной западной политологии широко распространен функционально-ролевой подход к изучению лидерства. Так, Э. де Боно предложил следующую типологию лидеров: “генератор идей”, “синтезатор”, “коммуникатор”, “организатор” и “дипломат”20. Д.Крейч, Р.С.Кратчфилд и Э.Л.Баллачи называют такие функции лидерства, как планирование, контроль, поощрение и наказание, создание примера, внешнее представительство и др.21

В коллективном исследовании американских авторов “Политическая психология”, вышедшем под редакцией профессора университета штата Огайо Маргарет Дж. Херманн, выделяются четыре ролевых типа лидерства: “лидер-вождь”, “лидер-коммивояжер”, “лидер-марионетка” и “лидер-пожарник”22.

“Лидер-вождь” определяет цели и указывает своим сторонникам направления их деятельности, дает им обещания и увлекает за собой. Он воспринимается как признанный вождь. Этих лидеров отличает собственное видение действительности. У них есть мечта, ради осуществления которой они нередко стремятся изменить политическую [c.91] систему. Для понимания этой формы лидерства необходимо знать личные качества человека, который возглавляет своих приверженцев в движении к поставленной цели.

“Лидер-коммивояжер” (“служитель”) внимательно относится к потребностям людей и пытается помочь в их удовлетворении. Чуткое реагирование на потребности и желания людей столь же важны, как и способность убедить их в том, что вы можете помочь. Лидеры такого типа в своей практике руководствуются ожиданиями, пожеланиями, нуждами своих избирателей.

“Лидер-марионетка” (“торговец”) во многом зависит от своего окружения или выдвинувших его кругов. Он является агентом группы, отражающим ее цели и работающим от ее имени. Чтобы понять, как в данном случае осуществляется руководящая роль, необходимо изучать ожидания и цели сторонников. Для “лидера-торговца” важна способность убедить. Благодаря ей люди “покупают” его планы или идеи, вовлекаются в их осуществление. Подчеркнутое значение приобретают способности самого лидера и та стратегия, к которой он прибегает, чтобы добиться поддержки своей политики и ее осуществления.

“Лидер-пожарник” оперативно и эффективно реагирует на те проблемы, которые предъявляют обстоятельства. Его действия во многом определяются насущными требованиями момента. Изучая окружающую действительность, в которой возникает феномен такого лидерства, можно лучше понять его природу.

Разумеется, в реальной жизни большинство лидеров используют все четыре указанных образа, причем в различном порядке и сочетании, приводя собственные интересы в соответствие с интересами своего окружения и строя взаимоотношения с ним так, чтобы учитывать особенности каждого конкретного момента. Более эффективно действующие лидеры создают коалиции, которые поддерживают их в обмен на выполнение наиболее насущных требований конституентов23.

Французский политолог Ж.-Л.Кермонн различает типы “государственного деятеля”, “нотабля” и “собственно лидера”24. “Государственный деятель” – это личность, причастная к управлению страной, дистанцирующаяся от партий, способности которой позволяют вывести власть и вместе с ней государство из сложной ситуации; “нотабль” – человек, собирающий в определенном округе подавляющее число голосов избирателей, что позволяет ему выдвинуться в первые ряды политического класса; “собственно лидер” характеризуется способностью одновременно и решающе влиять на партийный аппарат, и успешно осуществлять важные правительственные обязанности.

Интересный подход к проблеме классификации лидерства предложил Ж.Блондель. Он попытался выработать два измерения политики лидеров на основе того, стремятся ли они изменить или сохранить существующее положение и каковы масштабы проблем, с которыми они имеют дело. Взаимозависимость этих двух измерений, представленная в нижеследующей таблице, позволяет, по мнению ученого, выявить типы влияния [c.92] лидеров на общество.

 

Типология потенциального влияния лидеров

 

 

Измерение I

 

Сохранение существующего положения

Умеренные
изменения*

Широкомасштабные изменения*

 

Измерение II

 

 

* Изменения могут быть как прогрессивными, так и регрессивными, или комбинацией тех и других

Широкая сфера деятельности

“Спасители”

(У. Черчилль,
Ш. де Голль)

“Патерналисты”, “популисты”

(О. Бисмарк)

“Идеологи”

(Мао Цзэдун,
А. Гитлер)

Умеренная сфера деятельности

“Успокоители”

(Д. Эйзенхауэр)

Пересмотрщики

(Р. Рейган, М. Тэтчер)

“Реформисты”

(Ф. Рузвельт)

Узкая
сфера деятельности

“Менеджеры”

(министры, занимающиеся каждодневными проблемами)

“Улучшатели”

(министры, которые модифицируют какой-либо аспект политики)

“Новаторы”

(кладут начало новой политике, например, земельной реформе)

 

Ж.Блондель отмечал, что разработка “двухмерного” подхода к типам влияния лидеров сделана преимущественно на основе анализа их политики внутри страны. Но можно увидеть, что те же изменения применимы и к международной сфере. Например, из таблицы “видно главное различие между “спасителями” и теми, кто желает “полностью” модифицировать мировой порядок (Наполеон, Гитлер). Но есть много лидеров, чья вовлеченность в международные дела весьма ограничена и связана лишь с каким-то регионом земного шара или конкретными аспектами международного развития. Их мы можем назвать “реформистами” в международном плане, в то время как многие другие лидеры будут новаторами или менеджерами”25.

Предложенная Ж.Блонделем методика далеко не бесспорна. В частности, вызывает сомнение характеристика лидеров, стремящихся к широкомасштабным изменениям в различных сферах деятельности, как “идеологов”. Практика показывает, что некоторые крупные политики, возглавляя процесс глубокого реформирования общества, в действительности не являлись выдающимися теоретиками (например, М.С.Горбачев, Б.Н.Ельцин). Хотя, разумеется, лидер, стремящийся к коренной реформации страны, должен выдвигать и соответствующую идеологическую платформу.

Известный российский исследователь Г.К.Ашин наметил, на наш взгляд, достаточно обоснованные принципы изучения и типологизации лидерства:

1) опираясь на принцип историзма, следует различать типы лидеров в зависимости от того, в какую эпоху они действуют; лидер как всякая личность – продукт социальной среды, и тип лидерства зависит от [c.93] характера эпохи;

2) основанием для классификации может служить “масштабность” лидерства, уровень решаемых задач – лидеры общенациональные, лидеры определенного класса, лидеры тех или иных социальных групп;

3) в классово-дифференцированных общественных структурах целесообразно исходить из принципа классовости и различать лидеров в зависимости от того, представителями какого класса они выступают, каково место этого класса в системе общественного производства, общественных отношений, какова его роль в историческом процессе (причем классовый интерес нужно рассматривать в диалектическом взаимодействии с общечеловеческими интересами);

4) лидеров можно классифицировать по их отношению к существующей социальной системе – лидер “функционален” по отношению к этой системе, способствует ее функционированию или “дисфункционален”, стремится ее разрушить; лидер-конформист, принимающий нормы и ценности, господствующие в обществе, или нонконформист, стремящийся их изменить;

5) есть лидеры с выдающимися способностями и лидеры с заурядными личностными характеристиками, выдвинувшиеся благодаря обстоятельствам (например, рождение в семье монарха);

6) лидер может быть временным или постоянным;

7) различаются лидеры – инициаторы социального движения (вдохновители, “программисты”) и лидеры – продолжатели начатого дела (исполнители);

8) основанием для классификации может быть стиль лидерства – лидер авторитарный, ориентированный на единоличное принятие решений, или лидер демократический, ориентированный на индуцирование активности и инициативы своих последователей, вовлечение их в процесс управления26.

Касаясь проблемы демократического и авторитарного стилей руководства, целесообразно напомнить о подходе к проблеме лидерства в марксистско-ленинской литературе. Подчеркивая существенное значение личностных качеств руководителя, В.И.Ленин, в часности, обращал внимание на то, что успешная деятельность лидера определяется “не силой власти, а силой авторитета, силой энергии, большей опытности, большей разносторонности, большей талантливости”27. На возможное и вполне обычное возражение, “что строгая централизация слишком легко может погубить дело, если случайно в центре окажется наделенное громадной властью неспособное лицо”, он, как известно, отвечал, что “средством против этого не может быть выборность и децентрализация, абсолютно недопустимая в сколько-нибудь широких размерах и даже абсолютно вредная в революционной работе при самодержавии”28, однако вовсе не распространял данное утверждение [c.94] на деятельность политической организации в “обычных”, легальных условиях. Более того, в своем знаменитом “Письме к съезду”, продиктованном в конце декабря 1922 – начале января 1923 г., Ленин, давая характеристики некоторым членам ЦК РКП(б), резко выступил против тенденций к чрезмерной централизации власти и внутрипартийному администрированию: “Тов. Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он достаточно осторожно пользоваться этой властью. С другой стороны, тов. Троцкий... отличается не только выдающимися способностями. Лично он, пожалуй, самый способный человек в настоящем ЦК, но и чрезмерно хватающий самоуверенностью и чрезмерным увлечением чисто административной стороной дела. <...> Затем Пятаков – человек несомненно выдающейся воли и выдающихся способностей, но слишком увлекающийся администраторством и административной стороной дела, чтобы на него можно было положиться в серьезном политическом вопросе. <...> Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в общениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назначить на это место другого человека, который во всех других отношениях отличается от тов. Сталина только одним перевесом, именно, более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т.д. Это обстоятельство может показаться ничтожной мелочью. Но я думаю, что... это не мелочь, или это такая мелочь, которая может получить решающее значение”29.

Подавляющее большинство современных политологов и психологов отдают предпочтение демократическому лидерству. Они подчеркивают, что авторитарные лидеры подавляют критику, лишают себя поддержки лучших умов и из-за отсутствия действенных мер и средств контроля за принимаемыми решениями разрабатывают и осуществляют политику, неизбежно ведущую к собственному поражению. Однако проблема “вождизма” пока еще не стала достоянием истории. Английский социолог и политолог Р.Доуз справедливо считает, что авторитарные лидеры появляются там, где для этого есть такие исторические предпосылки, как устойчивая традиция и прецеденты, а также распространена идеология авторитарного правления и существует психологическая готовность принять подобного руководителя. В то же время он отмечает, что режим личной власти является следствием возникновения новых ситуаций и проблем, для решения которых прежние структуры и идеология уже непригодны, а потому должны быть найдены иные, отвечающие современным требованиям организации и демократические руководители30. Таким образом, институт лидерства оказывается тесно связанным с политическим режимом как наиболее общей функциональной характеристикой политической системы. [c.95]

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Блондель Ж. Политическое лидерство: Путь к всеобъемлющему анализу. – М., 1992. С. 7.
Вернуться к тексту

2 Огава М. Практический менеджмент / Пер. с яп. – Токио, 1990. С.152.
Вернуться к тексту

3 См.: Блондель Ж. Указ. соч. С.7-8.
Вернуться к тексту

4 Tucker R.C. Politics as Leadership. – Univercity of Missuri Press, 1981. Р. 15-16.
Вернуться к тексту

5 См.: Пугачев В.П., Соловьев А.И. Введение в политологию. – М., 1995. С. 115-116.
Вернуться к тексту

6 Ленин В.И. Детская болезнь “левизны” в коммунизме // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. – Т.41. С.24.
Вернуться к тексту

7 Пугачев В.П., Соловьев А.И. Указ. соч. С. 116.
Вернуться к тексту

8 См.: Фрейд З. Психология бессознательного. – М., 1989; Фрейд З. Сновидения. Сексуальная жизнь человека: Избранные лекции. – Алма-Ата, 1990.
Вернуться к тексту

9 Ницше Ф. Так говорил Заратустра. – М., 1990. С.286.
Вернуться к тексту

10 См.: Bogardus E. Leaders and Leadership. – New York, 1934. Р. 138.
Вернуться к тексту

11 Stogdill R.M. Handbook of Leadership. – New York, 1974. Р.51, 52.
Вернуться к тексту

12 См.: Мескон М.Х., Альберт М., Хедоури Ф. Основы менеджмента. – М., 1992. С.490.
Вернуться к тексту

13 Макиавелли Н. Государь. – М., 1990. С.69.
Вернуться к тексту

14 См.: Kotter Y.P., Laurence P.R. Mayors in Action: Five Approaches to Urban Lovernance. – New York, 1974. P.10-12.
Вернуться к тексту

15 См.: Political Psychology. / Ed.: Hermann M.G. – San Francisco, 1986. Р. 178.
Вернуться к тексту

16 См.: Barber J.D. The Presidential Character: Predicting Performance in the White House. – Prentice-Hall, 1972.
Вернуться к тексту

17 Naisbitt J. Megatrends: The New Directions Transforming our Live. – New York, 1984. P.65-66.
Вернуться к тексту

18 Maccoby M. The Leader: A New Face for American Management. – New York, 1981. P.171.
Вернуться к тексту

19 Weber M. Staatssoziologie. – Berlin, 1966. S.100-102.
Вернуться к тексту

20 См.: De Bono E. The Happiness Purpose. – Harmondsworth, 1978. P.51-60.
Вернуться к тексту

21 См.: Krech D., Crutchfield R.S., Ballachey E.L. Individuals in Society. – New York, 1962. P.18-19.
Вернуться к тексту

22 См.: Political Psychology. / Ed.: Hermann M.G. – San Francisco, 1986. Р.178.
Вернуться к тексту

23 См.: Херманн М.Дж. Стили лидерства в формировании внешней политики // Полис. – 1991. – № 1. – С.92.
Вернуться к тексту

24 См.: Quermonne J.-L. Les regimes politiques occidentaux. – Paris, 1986. P.202.
Вернуться к тексту

25 Блондель Ж. Указ. соч. С. 59.
Вернуться к тексту

26 См.: Ашин Г.К. Лидерство: социально-политические и психологические аспекты // Политика: проблемы теории и практики. – Вып.7. – Ч.2. – М., 1990. С.213-214.
Вернуться к тексту

27 Ленин В.И. Письмо к товарищу о наших организационных задачах // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. – Т.7. С.14.
Вернуться к тексту

28 Там же.
Вернуться к тексту

29 Ленин В.И. Письмо к съезду // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. – Т. 45. С. 345–346.
Вернуться к тексту

30 См.: Dowse R.E., Hughes J.A. Political Sociology. – L., 1986. P.60.
Вернуться к тексту

 

предыдущая

 

следующая
 
оглавление
 




Яндекс.Реклама: