Библиотека Михаила Грачева

 

Предыдущая
публикация
Алфавитный указатель
сочинений И.В. Сталина

 

Содержание тома 4
сочинений И.В. Сталина
Следующая
публикация

Сталин И.В.

О положении на польском фронте:

Беседа с сотрудником газеты “Правда”

 

Источник:

Сталин И.В. Cочинения. – Т. 4. – М.: ОГИЗ; Государственное издательство политической литературы, 1947. С. 336–341.

 

Красным шрифтом в квадратных скобках обозначается конец текста на соответствующей странице печатного оригинала указанного издания

 

Приехавший недавно из района Юго-Западного фронта товарищ Сталин в беседе с нашим сотрудником сказал следующее:

 

1. Май – июнь

 

Два последних месяца, май и июнь, дают две совершенно различные картины положения на фронте.

Май – это месяц исключительных успехов польских войск. На правом своем фланге поляки с успехом продвигаются за линию Киев – Жмеринка, угрожая Одессе. На левом фланге с успехом ликвидируют наступательные действия наших войск в направлении на Молодечно – Минск. В центре, закрепив за собой Мозырь и заняв Речицу, польские войска угрожают Гомелю.

Июнь, наоборот, – месяц быстрой и решительной ликвидации майских успехов польских войск. Продвижение поляков на Украину уже ликвидировано, ибо поляки не только изгнаны из Киева, но и отброшены за линию Ровно – Проскуров – Могилев. Продвижение поляков в сторону Гомеля также ликвидировано, ибо польские войска отброшены за Мозырь. Что катается левого фланга поляков, наиболее устойчивого, [c.336] по отзывам польской печати, то нужно сказать, что обозначившийся за последние дни в этом районе мощный удар наших войск в направлении на Молодечно не оставляет сомнения в том, что поляки будут обращены вспять и в этом районе.

Июль открывает картину решительного перелома на фронте в пользу России с явным перевесом на стороне советских войск.

 

2. Житомирский прорыв

 

Не подлежит сомнению, что прорыв нашей конницы в районе Житомира сыграл решающую роль в переломе на фронте.

Многие сравнивают этот прорыв с прорывом и рейдом Мамонтова и находят их тождественными. Но это неверно. Прорыв Мамонтова имел характер эпизода, не связанного прямо с наступательными операциями Деникина. Прорыв тов. Буденного, наоборот, представляет необходимое звено в неразрывной цепи наших наступательных операций, ставящее себе целью не только разрушение тылов противника, но и прямое выполнение известной стратегической задачи.

Самый прорыв начался 5 июня, на рассвете. В этот день наши конные части, свернувшись в кулак и стянув обозы в центре кулака, прорвали расположение противника в районе Попельня – Казатин, прошли рейдом район Бердичева и 7 июня заняли Житомир. Ввиду отчаянного сопротивления поляков, нашей коннице пришлось буквально пробивать себе дорогу, в результате чего поляки оставили на месте ранеными, убитыми от пуль и зарубленными, по свидетельству Реввоенсовета Конной армии, не менее восьми тысяч бойцов. [c.337]

 

3. Результаты прорыва

 

До житомирского прорыва поляки, в отличие от Деникина, покрыв важнейшие пункты фронта рядом окопов и проволочных заграждений, с успехом комбинировали маневренную войну с войной траншейной. Тем самым они значительно затрудняли наше продвижение вперед. Житомирский прорыв опрокинул расчеты поляков, доводя ценность комбинированной войны до минимума.

В этом первый положительный результат прорыва. Далее, прорыв поставил под непосредственную угрозу тылы, коммуникацию, связь противника. В результате этого:

а) третья польская армия (район Киева), боясь окружения, начала стремительный отход, перешедший потом в повальное бегство;

б) вторая польская армия (район Бердичева), испытавшая основной удар Конной армии, перешла в поспешное отступление;


в) шестая польская армия (район Жмеринки), потерявшая опору на левом фланге, начала правильный отход на запад;

г) наши армии открыли стремительное наступление по всему фронту.

Таков второй положительный результат житомирского прорыва.

Наконец, прорыв сбил у поляков спесь, подорвал у них веру в свои силы, расшатал стойкость духа. До прорыва польские части относились к нашим войскам, особенно же к нашей коннице, с полным пренебрежением, дрались отчаянно, не сдавались в плен. [c.338] Только после прорыва начались среди поляков сдача в плен целыми группами и массовое дезертирство – первый признак разрушения стойкости польских частей. Тов. Буденный так и пишет Реввоенсовету фронта: “Паны научились уважать нашу конницу”.

 

4. Опасность с Юга

 

Наши успехи на антипольских фронтах несомненны. Несомненно и то, что успехи эти будут развиваться. Но было бы недостойным бахвальством думать, что с поляками в основе уже покончено, что нам остается лишь проделать “марш на Варшаву”.

Это бахвальство, подрывающее энергию наших работников и развивающее вредное для дела самодовольство, неуместно не только потому, что у Польши имеются резервы, которые она несомненно бросит на фронт, что Польша не одинока, что за Польшей стоит Антанта, всецело поддерживающая ее против России, но и прежде всего потому, что в тылу наших войск появился новый союзник Польши – Врангель, который грозит взорвать с тыла плоды наших побед над поляками.

Не следует утешать себя надеждой о том, что Врангель не споется с поляками. Врангель уже спелся с ними и действует заодно с ними.

Вот что пишет вдохновительница врангелевцев – выходящая в Севастополе газета Шульгина “Великая Россия” в одном из июньских номеров:

“Нет сомнения, что мы своим наступлением поддерживаем поляков, ибо оттягиваем на себя часть большевистских сил, предназначенных для польского фронта. Также несомненно, что поляки своими операциями существенно поддерживают нас. [c.339] Не нужно пи симпатии к полякам, ни антипатии; мы должны руководствоваться лишь холодным политическим расчетом. Сегодня нам выгоден союз с поляками против общего врага, а завтра... завтра будет видно”.

Очевидно, врангелевский фронт является продолжением польского фронта, с той, однако, разницей, что Врангель действует в тылу наших войск, ведущих борьбу с поляками, т.е. в самом опасном для нас пункте.

Смешно поэтому говорить о “марше на Варшаву” и вообще о прочности наших успехов, пока врангелевская опасность не ликвидирована. Между тем Врангель усиливается, и не видно, чтобы мы предпринимали что-либо особенное и серьезное против растущей опасности с юга.

 

5. Помните о Врангеле

 

В результате наших наступательных операций против поляков линия нашего фронта принимает вид дуги, с вогнутой стороной обращенной на запад, и с концами, идущими вперед, из коих южный конец лежит в районе Ровно, северный – в районе Молодечно. Это называется охватывающим положением по отношению к польским войскам, т.е. положением, наиболее угрожающим для последних.

Несомненно, что это обстоятельство учитывается Антантой, которая всячески старается вовлечь Румынию в войну с Россией, лихорадочно ищет новых союзников для Польши, всячески поддерживает Врангеля и вообще старается выручить поляков. Вполне возможно, что Антанте удастся найти для Польши новых союзников. [c.340]

Нет оснований сомневаться в том, что Россия найдет в себе силы для отпора и новым противникам. Но об одном все же нужно помнить: пока Врангель цел, пока Врангель имеет возможность угрожать нашим тылам, наши фронты будут хромать на обе ноги, наши успехи на антипольском фронте не могут быть прочными. Только с ликвидацией Врангеля можно будет считать нашу победу над польскими панами обеспеченной. Поэтому партия должна начертать на своем знамени новый очередной лозунг: “Помните о Врангеле!”, “Смерть Врангелю!”.

 

“Правда” № 151,

11 июля 1920 г.

[c.341]

Предыдущая
публикация
Алфавитный указатель
сочинений И.В. Сталина

 

Содержание тома 4
сочинений И.В. Сталина
Следующая
публикация




Яндекс.Реклама: